Степан Малый проживал обыкновенно в Майне, но со временем переехал в Черногорию и поселился в Негушах у Станки Радонича, где у него образовался целый двор. Здесь собирал он главарей, отдавал приказания, строго воспрещал воровство и жестоко наказывал за него, предписывал согласие, налагал подати, воспрещал всякую работу по воскресеньям, одним словом, старался смягчить и исправить нравы и обычаи Черногорцев.

Все эти действия возбудили подозрение и неудовольствие не только соседних пашей и самого Дивана, но даже и Венеции. Пользуясь таким предлогом, султан Мустафа III отдал приказание напасть на Черногорию одновременно с трех сторон. И вот Турки, в числе 67.000 человек, вторглись в Черногорию с трех сторон, у Никшича, у Подгорицы и со стороны Плавницы.

Сопротивление Черногорцев было продолжительно и отчаянно. Но их было не более 12 ООО. Истощив все запасы и уступая превосходству силы, Черногорцы были на краю гибели. Но тут Провидение послало им неожиданную помощь, совершенно изменившую положение дел. Гром ударил близ Будвы; загорелись пороховые магазины Венецианцев. В тот же самый день гром ударил тоже среди войска Скутарского паши, и оно, испугавшись такого чуда, разбежалось. Черногорцы, завладев обозом с провиантом и запасами, ободрились и бросились на неприятеля со всех сторон. Турецкие полководцы, удивленные такой решимостью, и ввиду наступающей зимы, поспешили перейти границы, жестоко преследуемые Черногорцами, и уже не заботясь о том, чтобы захватить Степана Малого.

До сих пор неизвестно, участвовал ли Степан Малый во всех сражениях; во всяком случае, достоверно то, что он не выказал себя героем, и после окончания войны удалился на целых девять месяцев к какому-то монаху.

12 августа 1769 года высадился близь Спича (недалеко от Антивари) князь Долгорукий, посол императрицы Екатерины с большой свитой, богатыми подарками и большим количеством боевых запасов. По прибытии в Цетинье, князь Долгорукий созвал народ и публично прочел указ императрицы, приглашающий Черногорцев принять участие в войне России с Турцией.

Черногорцы поклялись помогать всеми силами русскому оружию, и у перил и князя в своей непоколебимой преданности императрице.

В другом письме, прочтенном Долгоруким, говорилось, что Степан Малый обманщик, и что от него следует избавиться.

Главари обещали исполнить это приказание. Но, не далее, как на другой день, явился в Цетинскую долину сам Степан Малый, и главари с выстрелами бросились ему навстречу, крича: — Живио! вот наш господарь!

Долгорукий призвал Степана: — Подойди, — сказал он ему, — и сознайся обманщик, что ты не только не царь Петр III, но что ты даже никогда не бывал в России.

Степан сознался. Между главарями было разногласие: одни настаивали, что его следует казнить, другие восхваляли его хорошие качества и мудрое правление.

Князь Долгорукий довольствовался тем, что отдал Степана Малого под хорошую стражу, и стал готовиться к предстоящей войне.

Владыка Савва сказывался больным и держал себя вдалеке от всего; Черногорцы начали вооружаться и делать военные приготовления, не ожидая ни его согласия, ни его разрешения.