Плебисцитная комиссия потворствовала Австрии и заходила в этом так далеко, что нарушила в пользу ее даже некоторые постановления Сенжерменского мирного договора. Таким образом было, в конце концов, путем различных махинаций при разбивке голосов и подсчете результатов, обеспечено «большинство» в пользу Австрии.

Однако, все старания врагов Югославии не были в состоянии помешать тому, что общее число голосов, поданных на плебисцитной территории за Югославию, было лишь на 6 ООО меньше числа голосов, поданных за Австрию. Так как голосование решало судьбу всей территории плебисцитной зоны в целом, то Австрия тем самым получила даже районы южнее Дравы и между Дравой и Врбским озером ^бНЬегзее), где народ большинство голосов подал за Югославию.

* * *

Во время Австрийской республики угнетение каринтийских словенов еще больше усилилось.

Австрийское правительство не выполнило обязательства о защите меньшинства, которое оно приняло на себя Сенжерменским договором. Каринтийское краевое правительство и парламент (Ландтаг) также не выполнили своих обещаний о равноправии словенов, которые они дали накануне плебисцита. Судьбами словенского национального меньшинства в Каринтии заправляла организация «Не1та1хНепзи (с 1924 года называемая «НешгаЛипс!»). Государственные власти, политические партии, равно как и хозяйственные предприятия признавали ее непререкаемую «компетенцию» в этом деле. В Словенской Каринтии никто не мог поступить на службу без согласия Хейматбунда. Руководителем этой организации был нацист Майер-Кайбич, ставший после аншлюса поверенным по делам меньшинств в нацистском правительстве. Вслед за плебисцитом следуют нападения на словенов, поджоги словенских домов, насильственные разгоны словенских собраний, увольнение и перемещение словенских рабочих, чиновников и священников. Три единственные словенские школы закрываются, а в двуязычных школах все меньше употребляется словенский язык, даже в начале обучения. В1935 году эти правила еще соблюдают всего лишь семь из семидесяти двуязычных школ.

Немцы усиливают экономическое давление на словенских рабочих и крестьян. Проводится систематическое переселение колонистов из Восточной Пруссии на словенскую территорию в Каринтии. Любая культурная и политическая деятельность каринтийских словенов, также как и их борьба за национальные права, считались государственной изменой и ирредентизмом.

* * *

Результаты официальных переписей являются прямо математическим доказательством об ухудшении условий жизни каринтийских словенов. Немцы в Каринтии хотели посредством этих переписей во что бы то ни стало доказать, что каринтийские словены представляют лишь очень незначительное, территориально разбросанное меньшинство. При этом они не брезгали ни самыми очевидными подлогами, как это доказало официальное следствие после словенской жалобы Лиге Наций в 1934 году. Результаты официальных переписей фантастичны и не имеют никакой реальной ценности (смотри статистические приложения).

Несмотря на немецкий гнет, несмотря на государственную границу, которая отделяла их от остального словенского народа, и несмотря на то, что почти вся словенская интеллигенция, в том числе и часть словенских священников, должна была в 1920 году покинуть страну, каринтийские словены создали в австрийской республике снова почти во всех словенских общинах свои политические и культурные организации и свои собственные кооперативы (число их достигало к моменту прихода нацизма — 43). Они издавали большое число журналов, при чем большей частью вне Каринтии (в Вене), так как каринтийские немцы препятствовали их изданию в самой Каринтии.